Родился в Девяткино в июне 1967 г (там жили мои родители в своём доме).

Стоит ли переезжать к метро «Девяткино» – Рынок жилья

Родился в Девяткино в июне 1967 г (там жили мои родители в своём доме).

12.11.2018 | 08:00 18012

Когда говорят о пригородах-муравейниках, то имеют в виду прежде всего новые кварталы в локации Мурино – Новое Девяткино. Но так ли уж плохо здесь жить? С начала освоения этих территорий прошло уже много времени. Мы поинтересовались у местных жителей, каково им живется сегодня.

Риэлторы и покупатели часто оперируют названием Девяткино, подразумевая поселок Мурино – в связи с тем, что именно на его территории расположена станция метро «Девяткино».

Не стоить путать Мурино-Девяткино с деревней Новое Девяткино, которая примыкает к муринскому микрорайону на северо-востоке. В Новом Девяткино тоже ведется строительство, но масштабы, конечно, несоизмеримы с муринскими.

Алексей Резенков, обозреватель БН.ру

Проекты комплексного освоения территорий я в свое время изучал с пристрастием. В 2009-2010 годах мы как раз стали задумываться о переезде с проспекта Солидарности, искали варианты.

К этому времени застройщики уже вовсю осваивали Кудрово, началась мегастройка на Парнасе (там на старте «Северной долины» мы могли купить трешку, продав однушку в Невском районе и не добавляя ни копейки, – но почему-то не решились).

Мурино я тогда неоднократно видел, проезжая мимо по КАД. Район казался слишком уж урбанистичным, его мы даже не стали рассматривать, в итоге остались жить в черте города.

[attention type=yellow]

Но сейчас, привыкнув уже к формату пригородов-миллионников, я понимаю, что у Девяткино есть некоторые преимущества.

[/attention]

Один из главных плюсов – это, безусловно, наличие станции метро. А поскольку остановка конечная, у местных жителей есть возможность занять сидячее место и вздремнуть по пути на работу.

Светлана Бережная, менеджер строительной компании

У нас нет машины, пользуемся с мужем только метро – именно поэтому и предпочли микрорайон тому же Кудрово. Хотя в часы пик метро бывает перегружено, попасть в него – не такая серьезная проблема, как выехать на автомобиле.

Пару раз попадала в ситуации, когда метро было закрыто, по-видимому из-за обнаружения посторонних предметов. Тогда пришлось заказывать такси, а это в случае с Девяткино долго и дорого.

Можно еще воспользоваться электричкой. От платформы Девяткино до Финляндского вокзала она доезжает за 20-30 минут. Поезда ходят в среднем каждые полчаса. Можно было бы, конечно, и почаще. Но в целом железнодорожный транспорт, как наземный, так и подземный, спасает.

Долгая дорога на работу

Автомобилисты, в свою очередь, жалуются, что выехать из Мурино непросто. Надо уточнить, что микрорайон фактически состоит из двух частей: западной и восточной. Между ними пролегает ветка железной дороги, которую никак не пересечь на автомобиле.

Жители Восточного Мурино имеют преимущество: по Центральной улице они могут выехать на КАД или сразу в северную часть Петербурга – на улицу Руставели, Гражданский проспект и т. д.

Тем, кто живет в западной части поселка, приходится тяжелее. На развязку с КАД отсюда не попасть. Людям остаются два варианта: выбираться в город по безымянной двухполосной дороге, идущей параллельно кольцевой, либо нырнуть в недавно построенный проезд под КАД и ехать по такой же узкой Верхней улице. В обоих случаях, толкаясь в пробках и петляя, попадаем на проспект Культуры.  

Олег Ивленский, частный предприниматель

[attention type=red]

Если ориентироваться на нынешнюю дорожную ситуацию в Мурино, то сюда лучше и не переезжать. Но мы оптимисты, понимаем, что власти Ленобласти всерьез взялись на решение инфраструктурных проблем. Так, застройщиков фактически обязали строить школы и детские сады, о которых те сами, похоже, и не задумывались.

[/attention]

Относительно транспортной ситуации, насколько я знаю, тоже есть решения. Через несколько лет область планирует профинансировать и построить транспортно-пересадочный узел в Девяткино, с развязками и съездом на КАД из Западного Мурино.

Я прекрасно понимаю, что эти планы могут и не реализовать. Но тогда я попросту перееду из Мурино в другой район. Благо квартира у меня в трех минутах ходьбы от метро, продать ее не проблема.

Таким образом, пока Девяткино, как и Кудрово, больше подходит автомобилистам со свободным графиком работы или тем, кто вообще трудится на «удаленке». Ездить на работу каждый день к девяти-десяти утра по муринским автодорогам – не лучший вариант.

Если пользоваться метро и электричками, тогда никаких проблем с планированием дня не будет.

Социалка подтянется

Школ и садиков жителям Мурино, конечно же, не хватает. Впрочем, такая ситуация сегодня наблюдается во всех кварталах массовой застройки.

На данный момент в западной части Мурино работают восемь детских садов. В восточной части – четыре отделения детского сада № 61. Еще несколько садиков есть в деревне Новое Девяткино.

Анастасия Злотарева, домохозяйка

Мои знакомые по-разному решают проблему поиска садика. Кто-то пользуется местными садиками (но очередь может составить два-три года), кто-то – услугами частных садов и развивающих центров – таких в Мурино уже много. Некоторые предпочитают возить детишек на Гражданку или в Бугры.

[attention type=green]

Мой ребенок должен родиться в апреле. Пока не знаю, какой вариант предпочту: скорее всего, выберу частный садик, какую-то более дешевую программу неполного дня.

[/attention]

Гораздо напряженнее ситуация, насколько я знаю, со школами. Сейчас в Мурино только одна школа и одна – в Новом Девяткино. При таких масштабах застройки в микрорайоне многим жителям возить школьников придется в город. 

Надеемся, что со временем ситуация нормализуется.

Александр Пак, системный администратор

Чего нам точно не хватает сейчас, так это нормальных медицинских учреждений. Мы живем в западной части Мурино, там сейчас есть только амбулатория. Какую-то минимальную помощь могут оказать, но по всем остальным вопросам ездим в город – в час пик это станет проблемой. Как, между прочим, и вызов скорой помощи, которая может ехать долго из-за пробок.

Также одна поликлиника есть в Новом Девяткино. Но мы все-таки предпочитаем городские учреждения – им больше доверия.

В этом году властями Ленобласти объявлен конкурс на выбор подрядчика, который построит новую поликлинику в Западном Мурино – мы этого, конечно, очень ждем.

«За» и «против» жизни в Мурино

Среди других минусов рассматриваемой территории жители Мурино-Девяткино называют повышенную этажность застройки, скучные ландшафты (большинство проектов реализуется на бывших совхозных полях), отсутствие зелени, благоустроенных пешеходных зон.

Экологическая обстановка территории неоднозначная. С одной стороны, северные пригороды Петербурга традиционно считаются более чистыми, нежели южные. С другой стороны, в шести километрах к северу от Нового Девяткино располагается база научно-исследовательского комплекса РНЦ «Прикладная химия», но насколько такое соседство влияет на качество жизни – вопрос спорный.

Безусловным плюсом территории Мурино-Девяткино является развитая торговля. Здесь работают небольшие магазины и супермаркеты, довольно быстро можно доехать до торгово-развлекательного комплекса «Мега», широко представлены предприятия сферы услуг.

[attention type=yellow]

Многие жители Мурино имеют дачи во Всеволожском, Приозерском и Выборгском районах Ленобласти – добираться отсюда до любого из них достаточно удобно.

[/attention]

Конечно, определяющим для покупателей зачастую является ценовой фактор. Если в Кудрово средняя стоимость квадратного метра составляет около 82 тыс. руб., то в Мурино – 68 тыс.

В завершение надо сказать, что в 2019 году Законодательное собрание Ленинградской области будет принимать окончательное решение о присвоении поселку Мурино статуса города – как ранее было сделано в отношении Кудрово.

Если это произойдет, развитие инфраструктуры на новых территориях должно пойти куда более активно.

Алексей Резенков    Алексей Александронок   

Источник: https://www.bn.ru/gazeta/articles/249444/

«После войны многие дома так и остались пустыми». Как умирало одно из сёл Богородского района

Родился в Девяткино в июне 1967 г (там жили мои родители в своём доме).

По данным предыдущей переписи населения, в России 19 416 населённых пунктов, в которых нет ни одного жителя. Кировская область входит в десятку регионов с одним из самых высоких показателей «мёртвых» деревень – у нас их 1 073. Один из таких населённых пунктов – село Заболотное.

Когда-то оно было процветающим и должно было расти, здесь жили 90 семей – каждая в своём доме, а сейчас осталось заросшее поле. В 2003 году из Заболотного уехал последний житель. Мы поговорили с 81-летним Василием Чуриным и его сыном Борисом о том, чем жило село в лучшие годы и как оно опустело.

Этот рассказ о Заболотном станет первым в цикле статей об умирающих деревнях.

Следы человека

На картах в сети можно примерно сориентироваться, где находится село Заболотное.

Для этого нужно приехать в Богородский район, выезжая из райцентра, проехать мимо села Ухтым и за несколько километров до села Караул свернуть с дороги.

Дальше без проводника найти хоть какие-то признаки Заболотного будет сложно: раньше здесь были поля, но они полностью заросли. Сейчас здесь возвышаются небольшие леса – на этих землях уже почти 20 лет не собирают урожаи.

Борис Чурин, сын последнего жителя Заболотного, без труда находит это умершее село. Мужчина иногда бывает здесь и знает путь.

Первые признаки присутствия человека бросаются в глаза не сразу: вот в зарослях виднеется здание из белого кирпича, которое раньше относилось к колхозу «Шахтёр» (в него входили и другие населённые пункты).

В нескольких десятках метров от руин можно увидеть протяжённое углубление – это бывшая дорога.

– Вот и пришли, – говорит Борис. – Большое село было: в одну улицу, но зато какую – километров 5 в длину. До Великой Отечественной войны хотели расширяться и начать строить новые дома за Шунашуром – это лес в паре километров отсюда. Но после многие дома, из которых были мобилизованы мужчины, так и остались пустыми.

Торчащая из земли рельса когда-то служила опорой для линии электропередач, а сейчас это просто условный знак – здесь был центр села.

Выше по улице, продравшись через бурьян, за деревьями можно увидеть дом, от которого уже практически ничего не осталось. Здесь жила семья Чуриных. Этот дом сохранился лучше остальных. Ещё один стоит поодаль. Где находились другие, можно определить только по углублениям в земле. А ведь во времена расцвета посёлка здесь было около 90 дворов.

«Достопримечательности» села

Борис рассказал, что всё детство он провёл здесь, поэтому до сих пор помнит местные «достопримечательности». Например, на краю Заболотного располагается пуга.

Значение этого слова уже вряд ли кто-то сможет узнать. А для местных жителей оно означало просто участок деревни, который переходит в лог (овраг).

Когда-то можно было услышать, как дети говорят родителям: «Сегодня на пугу ходил за грибами».

Ещё один топоним, дошедший до наших дней, – река Песчанка. Раньше она была единственным источником водоснабжения, а теперь обмелела, заросла и превратилась в небольшой ручеёк.

[attention type=red]

– Интересно так, когда был маленьким, думал, что она называется Пестянка, – вспоминает Борис. – Такой говор был что ли у всех взрослых, а мы, дети, даже не задумывались и повторяли.

[/attention]

Также в деревне остался Большой Тополь – тоже местный опознавательный знак. Когда-то было вполне нормально договориться встретиться у Большого Тополя – это дерево знали все, оно и до сих пор самое высокое в округе.

Там, где жили люди, теперь звериные тропы

Сейчас Заболотное уже полностью оказалось во власти природы. Здесь можно увидеть тропы, по которым ходил медведь за черёмухой и малиной, и места лёжки лосей. На окраине деревни в небольшом осиннике неплохо поработал бобёр: он повалил несколько деревьев и, судя по всему, успешно использовал их для плотины, потому что на одном из участков Песчанка представляет из себя небольшое озеро.

Раньше повсюду присутствовал человек: здесь он пас лошадей и коров, там выращивал хлеб, здесь ходил за водой на реку.

– Школы у нас не было, поэтому ходили учиться в Караул, – рассказал Борис. – Отец тоже в ней отучился пять классов. Там ещё был интернат. Сначала нас заставляли там жить, но мы убегали – до дома было всего 3 километра идти по прямой.

Летом Борис с братом помимо помощи родителям по хозяйству занимались привычными мальчишескими делами: ходили на рыбалку, что-нибудь мастерили и даже пытались подзаработать.

– В колхозе ферма была, коров каждый день гоняли на пастбище, – вспоминает Борис. – Но не всем нравилось целый день за ними приглядывать, поэтому пастухи за вознаграждение складывали это дело на нас. Так мы с братом даже накопили на подержанный мотоцикл.

Окончив школу и отработав некоторое время в колхозе, Борис решил жить самостоятельно, поэтому переехал в Караул и устроился трактористом. Кстати, здесь же живут его родные брат и сестра.

Расцвет и гибель села

Жизнь Василия Чурина похожа на судьбу сына. Он тоже отучился в караульской школе (правда, окончил только пять классов), подрабатывал пастухом, а после армии устроился на работу в колхоз.

– Я родился в 1939-м, поэтому немного помню военные годы. В селе тогда остались старики и дети, – рассказывает Василий. – Но всё равно работа не останавливалась: колхоз регулярно сдавал хлеб государству – по десять подвод увозили в Зуевку. Кто-то сапожничал, кто-то валенки катал, кто-то лапти плёл. Многие держали своё подсобное хозяйство. Было несколько человек с пасеками.

Одно из ярких воспоминаний детства – мельница на реке Ухтымке, которая течёт в паре километров от села. Она работала примерно до 1950 года, до самой смерти мельника. Встать на его место было некому, поэтому мельницу забросили, и она быстро пришла в негодность. Сейчас на реке можно заметить только несколько торчащих из воды брёвен.

– В водополицу (половодье) мельница круглыми сутками работала, а старик умер – и больше некому стало её ремонтировать, – вспоминает Василий. – Хоть мельница и колхозная была, а работа очень выгодная, всё равно забросили.

Расцвет села пришёлся на время после 1964 года. По словам Василия, до 1989-го всё шло очень хорошо: в село наконец-то начали подводить водопровод, строили зерносушилку, стали производить комбикорм. Сам Василий в 1964 году только пришёл из армии, практически сразу же женился и устроился работать водителем. Жена ухаживала за скотом на ферме, а он возил грузы в Киров и Зуевку.

– В целом всё хорошо было, редко трудности возникали, – Василий на некоторое время задумался, а потом продолжил. – Не зря село называлось Заболотное. В один год до середины лета шли дожди, из-за этого и без того влажная почва совсем раскисла.

Проехать никак нельзя было, поэтому машину оставлял за несколько километров от села. Несколько раз было так, что утром возвращаюсь, а машина ограблена. Тащили инструмент в основном, да больше там ничего и не было. Когда на тракторе работал, тогда не страшно было, а на машине делать нечего.

Шофёром только на центральной усадьбе хорошо жить – в Карауле.

[attention type=green]

Кстати, Караул был «центральной усадьбой» ещё и потому, что объединял вокруг себя несколько других: Самылово, Каличи́, Скорёнки, Митроки, Махни, Бухарку. Все вместе они были колхозом «Шахтёр».

[/attention]

Почти 25 лет село процветало, правда, число жителей так и не доросло до довоенного уровня, а постепенно и вовсе стало уменьшаться. Особенно это стало заметно в последнее десятилетие СССР. У некоторых получалось переехать в другие населённые пункты, поближе к центру области, молодёжь тоже не всегда стремилась на родину.

А после распада Советского Союза колхоз перекупило частное предприятие. Тогда все, кто мог и хотел, уехали из Заболотного. В конце концов в селе остались жить четыре семьи, в том числе Василий с женой. Они к тому моменту уже стали пенсионерами, но продолжали работать на своём хозяйстве. Василий ещё некоторое время подрабатывал трактористом в Карауле.

Потом в селе произошёл пожар – один из домов сгорел дотла, поэтому семья, которая в нём жила, решила уехать. Ещё один старик умер, а другая семья смогла купить квартиру в соседней области. Так и осталась чета Чуриных одна в Заболотном. В 2003 году умерла жена Василия.

Одному в селе жить не хотелось, поэтому мужчина купил дом в Карауле и стал жить там. Вскоре после переезда главный инженер запретил Василию работать на тракторе, сославшись на то, что пенсионеру «не положено».

После этого Василий стал приглядывать за водокачкой и разводить пчёл.

Сейчас и в Карауле практически не осталось жителей: постоянно здесь живёт около десяти семей. А среди сёл, окружавших когда-то Караул, остались одни Павловцы, где тоже уже практически никто не живёт.

В 2016 году закрыли караульскую школу, в которой когда-то училась вся семья Чуриных и работала дочь Василия. Детей в селе не осталось совсем, они лишь приезжают к своим бабушкам и дедушкам на лето.

Свойкировский.рф

Источник: https://kirov-portal.ru/news/podrobnosti/posle-vojny-mnogie-doma-tak-i-ostalis-pustymi-kak-umiralo-odno-iz-syol-bogorodskogo-rajona-30488/

Все о ваших правах
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: