Бывшие сотрудники на колонии поселении.

Вы – силовик и совершили преступление? Вот что вас ждет

Бывшие сотрудники на колонии поселении.
https://www.znak.com/2014-10-21/vy_silovik_i_sovershili_prestuplenie_vot_chto_vas_zhdet

2014.10.21

Урал – это не только промышленность, свердловский рок и суровая природа. Это еще и зоны: множество исправительных учреждений, раскинувшихся в бесконечных лесах к северу за сотни километров от Екатеринбурга, Челябинска, Тюмени. Znak.

com, уделяя особое внимание описанию уральской идентичности, не смог пройти мимо этой печальной области. Наш журналист отправилась в одну из самых известных колоний региона – тагильскую ИК-13, где сидят бывшие силовики.

Как живется в заключении бывшим майорам и генералам – в очерке Znak.com.

Массивные ворота с огромным гербом ФСИН России, КПП и широкая дорога к невысокому административному зданию. Так выглядит вход в одну из образцово-показательных свердловских зон – нижнетагильскую исправительную колонию №13.

История этого особого пенитенциарного учреждения начинается 5 августа 1957 года, когда лагерный пункт №3 лаготделения №5 Тагиллага НКВД был переименован и обрел свое современное название. В народе 13-ю колонию называют «Красная утка» (этимологию названия мне выяснить не удалось).

Известно, что ИК издавна считалась «красной зоной» – той, где всеми внутренними процессами управляет администрация, а не зеки. За более чем полвека существования колонии в ней пересидело множество высокопоставленных чинов всех мастей.

А сейчас здесь отбывают наказание исключительно бывшие силовики, военные, экс-работники ФСИН – всего порядка 2 тыс. человек.

«Красная утка» и «Красные петухи»

«Мы охраняем бывших коллег, – рассказывает начальник ИК-13 Владимир Непочатый. – Иногда даже и бывшие начальники попадаются. Например, одно время здесь сидел бывший начальник нижнетагильского СИЗО. Ничего страшного. Такая у нас работа».

Различных высокопоставленных деятелей в 13-й пересидело немало. Самым известным, конечно, является зять генсека Леонида Брежнева, Юрий Чурбанов.

Чурбанов был фигурантом громкого «хлопкового дела» об экономических и коррупционных преступлениях в Узбекской ССР. В 1988-м году он был осужден на 12 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

Жена, Галина Брежнева, развелась с ним в 1991 году, а еще через два года Чурбанов освободился условно-досрочно.

[attention type=yellow]

Полковник Владимир Непочатый возглавляет ИК-12 с 2012 года. Ему приходится охранять и бывших генерал-майоров

[/attention]Ветеран ФСИН Евгений Суворов, который проработал в ИК-13 22 года, вспоминает, что Чурбанов однажды косвенно чуть было не послужил причиной бунта в колонии, где в целом подобные случаи довольно редки.

Однажды в колонию на встречу с именитым заключенным приехал журналист Андрей Караулов. После беседы с Юрием Михайловичем ему удалось тайно вынести с зоны записки Чурбанова, которые затем были опубликованы в итальянской газете La Repubblica. Эти записки затем перепечатала московская газета «Труд».

Заголовок гласил: «Зять Брежнева Чурбанов – в зоне «’’Красных петухов’’».

В «тринадцатой» почти не действуют типичные «зоновские» понятия и законы. Силовики, даже отсидевшие более чем по 10 лет, не слишком подвержены криминальным правилам. Однако газетный заголовок, весть о котором каким-то образом добралась до контингента, оскорбил заключенных.

«Мне пришлось ехать в Москву, в редакцию «Труда», общаться с журналистом и объяснить ему, почему нельзя было называть нашу колонию «зоной ’’красных петухов’’». Корреспондентов удалось убедить. Потом они съездили в колонию и написали большой материал, в котором среди прочего содержались извинения за предыдущий заголовок.

Волнения среди заключенных удалось прекратить», – рассказывает Суворов.

Еще из советских функционеров «мотали срок» в 13-й бывший председатель горисполкома Сочи, ставший впоследствии первым всенародно избранным мэром этого города, Вячеслав Воронков, и один из заместителей министра Молдавской ССР по фамилии Вышку.

Как рассказывает Евгений Суворов, оба этих функционера сидели за злоупотребления, но их судьба на зоне сложилась по-разному. Воронков нашел применение своим организаторским талантам и умению ладить с людьми.

«Работал в активе, помогал в организации воспитательной работы, готовил материалы для радиогазеты, которую делали заключенные», – рассказывает ветеран. Молдавский чиновник Вышку, напротив, не смог «найти себя» в заключении.

«Авторитетом ни среди администрации, ни среди контингента не пользовался. С другими осужденными не смог наладить нормальных отношений. В общем, тяжело ему приходилось», – говорит Суворов.

Среди более современных экс-узников – бывший сотрудник ФСБ, а ныне адвокат Михаил Трепашкин. Он вынес из тагильской зоны самые неприятные впечатления. Еще будучи в колонии, он неоднократно заявлял о различных злоупотреблениях и нарушениях со стороны администрации исправительного учреждения.

Бывший заключенный ИК-13 Михаил Трепашкин – сейчас успешный адвокат. Фото – с его страницы в

Сейчас Трепашкин вспоминает, например, о СДП – секции дисциплины и порядка. По его словам, задумка создать такую секцию была хорошая, но администрация превратила этот отряд «в фабрику лжедоносов».

Кроме того, утверждает Трепашкин, члены СДП избивали неугодных по заданию администрации. «Когда я прибыл в ИК-13, некоторые зэки, отсидевшие по 10-12 лет, кучковавшиеся отдельно от других (так сказать, влиятельные «старики»), приглашали меня выпить с ними чифиря.

[attention type=red]

Я им отвечал стихами: «Чем с ворами чифирь пить – жижицу вонючую, лучше в СДП вступить – партию могучую!». В ответ слышал гогот. Все понимали шутку. СДП все очень не любили, в том числе и администрация. И сами СДПэшники ненавидели себя за то, что втянулись в эту грязную сеть», – говорит сейчас Михаил Иванович.

[/attention]

Надо сказать, что в настоящее время секция дисциплины и порядка уже не действует: расформирована.

Помимо вышеупомянутых персонажей в ИК сидели уральский олигарх Павел Федулев, адвокат и военный Дмитрий Якубовский, осужденный за кражу редких книг из библиотеки Санкт-Петербурга, бывший глава главного управления МЧС РФ по Свердловской области Василий Лахтюк, экс-руководитель Свердловской регистрационной палаты Виктор Шалдин, а также бывший начальник департамента контрольного управления президента РФ Андрей Воронин.

Быт и «социальные лифты»

Об условиях жизни в 13-й нам рассказывал и.о. заместителя начальника по кадрам и воспитательной работе, майор внутренней службы Ильяс Алиуллов. (Сам он работает в ИК уже 12 лет. Профессию, что называется, унаследовал: и мать, и сестра Ильяса тоже работали в 13-й колонии, и в школу милиции он попал по целевому набору от этого учреждения).

Ильяс Алиуллов знает о зоне все

Итак, если вы работали в силовых структурах, проштрафились и угодили на зону, то сначала вас помещают в карантин. Это отдельное здание, не выходя из которого осужденные проводят две недели. В период адаптации с ними работают психологи, а также проводится медицинское обследование.

В карантине

Так называемых «первоходков» и рецидивистов вместе не содержат. Для осужденных повторно существует отдельный отряд. Из карантина осужденных переводят в отряд обычного содержания.

По правилам внутреннего содержания заключенным в этом отряде положено четыре посылки и четыре свидания в год. Свидания бывают кратковременные, когда осужденный общается с родными, как в кино: через стеклянную перегородку при помощи телефона.

Также есть свидания длительные – продолжительностью до трех суток, они проходят в специальном корпусе, где есть несколько отдельных комнат – в них заключенные во время свидания живут вместе с родными.

В общем отряде заключенные ночуют в помещениях казарменного типа, в комнате воспитательной работы есть неплохой телевизор, несколько настольных игр, библиотечные книги.

Как рассказывает Алиуллов, за хорошее поведение, работу и прочее заключенного могут перевести в отряд с облегченными условиями содержания. Это здание больше похоже на общежитие, чем на тюремное учреждение. Паркет, приятного цвета обои. Жилые комнаты – на четырех человек. В часы отдыха заключенные могут поиграть в бильярд или посетить оранжерею: там живут попугайчики и черепашка Мотя.

При облегченных условиях число посылок и свидания увеличиваются до шести.

Если верить большому плакату в зоне, то за «облегченными» условиями следуют условия «адаптационные», но наш сопровождающий затруднился пояснить, что это значит.

Если заключенный продолжает оставаться прилежным и добропорядочным, то далее его могут перевести в колонию-поселение. Венчает местный «социальный лифт» условно-досрочное освобождение.

Система предусматривает не только подъем вверх, но и падение вниз: за систематические нарушения правил осужденного могут перевести в отряд строгого содержания. Для этого отряда отведена специальная небольшая территория, то есть осужденные ограничены в передвижении.

Кроме того, число посылок и свиданий сокращается. В «строгий» отряд отправляются и те зеки, которые пытались бежать. Бегут в основном из колонии-поселения. Но были попытки уйти и с зоны общего режима.

Так, со слов ветеранов, однажды несколько осужденных сбежали через подземные коммуникации. Этот побег был успешным, кажется, этих зеков до сих пор не нашли.

[attention type=green]

Сравнительно недавно была попытка сбежать с использованием автотранспорта: заключенный зацепился за днище грузовика и таким образом хотел выехать за территорию, сделать это ему не удалось.

[/attention]

Едят все обитатели ИК в общей столовой. «Заведующим» или дневальным в ней работает бывший опер убойного отдела Федор, которого осудили за мошенничество на пять лет. Федор контролирует процесс приготовления пищи, которую готовят сами заключенные. Как заведено во всех зонах, вилок в колонии нет.

Ложка у каждого зека – своя, персональная. Федор говорит, что в процессе готовки учитываются даже религиозные особенности контингента: при выборе мяса предпочтение стараются отдавать говядине, чтобы не травмировать мусульман.

Те, в свою очередь, стараются не подходить излишне строго к запрету на свинину.

В колонии действуют два учебных заведения. Это средняя школа, где осужденные до 35 лет, не закончившие школу на воле, учатся в обязательном порядке, а заключенные в возрасте после 35-ти – в добровольном. За порядком в школе следит Владимир Дмитриевич – по виду весьма интеллигентный человек. «Мошенник я», –отрекомендовался этот дневальный при знакомстве.

В прошлом генерал-майор Владимир Дмитриевич работал в Москве в Минюсте. Из шестилетнего срока за мошенничество он пока отбыл только год. По словам Владимира Дмитриевича, ученики-зеки так же, как и обычные учащиеся, по окончании школы сдают ЕГЭ. В прошлом году школу успешно окончили 5 человек.

Также при колонии действует ПТУ, где идет обучение по пяти специальностям: электросварщик, автослесарь, электромонтер, токарь, крановщик.

Производство

Сразу после основания колонии, в 1957-м году, основным производством учреждения было литейное. Кроме того, силами заключенных выпускались кровати, санитарные носилки, железные бочки. Затем «Красная утка» освоила производство водозапорной арматуры, потом начали делать картофелечистки, лотковые вагонетки и т.д.

Начальник производственной части Александр Кузнецов работает в колонии уже 21 год. Рассказывают, что заключенные его уважают. Между собой называют его просто – «Человек»

Сейчас производственный спектр не столь обширен. Наиболее мощный цех – швейный.

Здесь работают 180 человек, но в скором времени количество сотрудников на этой мини-фабрике планируют увеличить до 500 человек. В швейном цехе делается рабочая одежда по контракту с гражданской фирмой. Каждые десять дней с воли приходит машина, чтобы забрать очередную партию. За работу зеки получают зарплату, сдельную.

[attention type=yellow]

Так, бригадир участка – бывший гаишник Станислав, осужденный «за наркотики» – получает 5 тыс. рублей в месяц. Деньги переводятся на его персональный лицевой счет.

[/attention]

Среди других цехов, связанных с более или менее квалифицированным трудом, – кузнечный, где изготавливаются ограды для заборов, декоративные решетки, сетки для кроватей и прочее. Кроме того, на токарных станках в ИК вытачивают детали, используемые, в частности, при производстве полувагонов на УВЗ. Помимо этого, заключенные заняты измельчением резины и производством гранул из полиэтилена.

По словам начальника производственной части Александра Кузнецова, работа у сидельцев организована строго по КЗОТу. Рабочий день – 8 часов, работают по сменам. Есть у заключенных даже отпуска.

«Существует специальный «отпускной» отряд. Там тоже несколько облегченный режим.

Например, отпускники встают и ложатся вместе с другими заключенными, но в течение дня тоже могут прилечь отдохнуть», – рассказывает Ильяс Алиуллов.

Из всего контингента зеков трудоустроить удается только половину. Остальные заключенные заняты на подсобных хозяйственных работах. Например, на уборке снега. Надо сказать, что убранный снег не вывозят за территорию колонии, а растапливают в специальной печи. Во время нашей экскурсии на розжиг этой печи в числе прочего отправилась груда книг, списанных из библиотеки.

Благодарим ГУ ФСИН по Свердловской области за помощь в подготовке материала.

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Источник: https://www.znak.com/2014-10-21/vy_silovik_i_sovershili_prestuplenie_vot_chto_vas_zhdet

Не курорт, но и не зона

Бывшие сотрудники на колонии поселении.

Люди часто спрашивают, чем отбывание наказания осужденных в колонии-поселении отличается от обычной колонии.

Чтобы выяснить это, репортерская группа «Пятницы» побывала в колонии-поселении № 51, расположенной в поселке Плишкино, в 10 километрах от Иркутска.

Это учреждение было создано на базе обычной колонии, которая существовала в поселке с тридцатых годов прошлого века. В настоящее время здесь содержатся около двухсот осужденных.

УДО надо заработать

В отличие от других учреждений ГУФСИН, колония-поселение является наиболее лояльным видом наказания. Обычно такая мера назначается гражданам, впервые преступившим закон или совершившим преступление небольшой степени тяжести. Логика в том, чтобы не помещать человека сразу в криминальную среду. Конечно, условия здесь не курортные, но это и не зона в привычном понимании.

Наше знакомство с учреждением началось с поездки по объектам, где трудятся осужденные колонии-поселения. Первый объект — цех по производству бумажных салфеток и туалетной бумаги. Довольно просторное и светлое помещение в предместье Марата.

На стенах — большие картины с пионерской тематикой, видимо, оставшиеся с 80-х годов прошлого века. На линии работали десять человек, мужчины и женщины. Работа несложная: знай себе следи, складывай и упаковывай. Шумновато только немного.

Обратили внимание, что все женщины ухожены, с модными стрижками и украшениями.

— Это один из производственных объектов, которые нам предоставляет администрация колонии-поселения, — объяснил Константин, осужденный из Самары. — Приезжаем утром, работаем 8 часов, есть еще вторая смена, потому что процесс непрерывный. Лично я доволен, до освобождения остался год, и, возможно, удовлетворят мое заявление на УДО (условно-досрочное освобождение. — Прим. ред.).

— А работу можно выбирать или едете, куда пошлют?

Константин объясняет, что администрация трудоустраивает осужденных с учетом возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Иногда по выбору. «Мы стараемся в грязь лицом не ударить. Работа — это один из главных шагов к нашему освобождению», — добавляет осужденный.

Молодая женщина по имени Татьяна на вопрос о зарплате ответила, что, конечно, это не миллионы, но на жизнь вполне хватает. Деньги работодатель перечисляет на лицевые счета.

— Работаем дружно, условия нормальные, наш повар очень вкусно готовит, — сказала Татьяна и пошла показывать кухню, оборудованную в бывшей подсобке.

Возле плиты хлопотала яркая женщина Рубина. Что поразило: на столе апельсины, мандарины и даже ананас. Женщина рассказала, что суд ей дал 20 лет колонии. Первую половину срока отбывала на зоне.

Больше всего переживала, что годы идут и она не успеет родить. К счастью, на 38-м году ей удалось забеременеть. Родился ребенок, и Рубину перевели на поселение.

Теперь она работает на кухне и надеется на УДО.

— Все делаю: обед, ужин, стряпаю для двух смен. Я здесь, в поселении, окончила училище и получила специальность повара, а так мать всю жизнь меня учила готовить.

Рубина не рассказала, за что ей дали такой большой срок. Зато она четко по памяти знала все законы: какие бывают виды отсрочек наказания, когда можно просить УДО. Удивило, что она буквально по глазам считывала вопросы: ты еще только соображаешь, как сформулировать, а она уже отвечает. На щекотливый вопрос о жизни после выхода на свободу она ответила: «Мы хотим с мужем открыть кафе».

За все время пребывания в цехе мы не увидели ни одного охранника. Непривычно это. Как пояснил сопровождавший нас заместитель начальника колонии-поселения по воспитательной работе подполковник внутренний службы Валерий Орбодоев, отбывающие наказание находятся не под охраной, а под надзором. Сотрудники колонии периодически приезжают, проверяют, все ли в порядке.

— Здесь стоят видеокамеры, и мы прямо из колонии наблюдаем за ними.

Слом всех штампов! Впрочем, и сам Валерий Михайлович, его облик и манера говорить тоже мало соответствуют обывательским представлениям, как должен выглядеть сотрудник ГУФСИН. У него спокойный голос, обаятельная улыбка. И с осужденными он говорит по-человечески, не повышая голоса.

Депо и ферма

Второе место работы осужденных из колонии-поселения находится на железной дороге. В здании депо между специальными конструкциями с лестницами и переходами стояли вагоны электричек. Их-то и моют осужденные.

Анна, технолог клининговой компании, рассказывает, что фирма заключила договор с колонией-поселением на оказание услуг.

— Работа заключается в уборке пригородных электричек внутри и снаружи. Я работаю почти четыре года и, честно говоря, предпочитаю работать именно с колонией-поселением. Люди безотказные, и качество работы намного лучше. У меня с ними не было особых проблем за все это время.

Утром колонистов привозят в депо, выдают инвентарь, средства защиты. Женщины убирают внутри, мужчины — снаружи. Рабочий день длится 8 часов, затем они моются и едут к себе. Обед привозят с собой, здесь есть все необходимые условия для этого.

[attention type=red]

Одна из осужденных, девушка Катя из Читы, рассказала, что работает на мойке уже 9 месяцев. Ее напарница, тоже Катя, родом из Иркутска. Ей легче, она может ездить на побывку домой, видеться с родными. При этом, что удивительно, в манерах и словах девушек совсем не чувствовалось специфического тюремно-криминального налета.

[/attention]

Осужденные рассказали, что им нельзя иметь мобильные телефоны (очевидно, это один из видов ограничения контактов с внешним миром), однако можно звонить близким в установленное время по таксофону. А родные постоянно приезжают к ним на свидания.

После депо нам показали еще одно место работы осужденных — ферму. Она находится в самом поселке Плишкино. Как сказал Валерий Орбодоев, ферма была построена в 30-х годах прошлого века, когда здесь находилась сельскохозяйственная колония «Нива». Сейчас здесь разводят свиней, коров и лошадей. Обслуживают это хозяйство 20 человек. Охраны тоже нет нигде, даже на входе.

— Я деревенский вообще-то, все умею: кормить, поить, даже роды принимать. Сейчас у нас 16 коров, есть стельные, есть дойные и в запуске (коровы, которых перестали доить перед их новым отелом. — Прим. ред.). А там у нас лошади, — рассказал осужденный Василий, показывая в сторону загона, — мы их используем по хозяйству: привезти, увезти.

Благодаря ферме в учреждении всегда есть свежее молоко и мясо.

Жить можно

Вход на территорию колонии-поселения: ни вышек, ни трехметровых заборов, ни охранников с оружием и собаками — везде видеонаблюдение.

Первое, что мы увидели внутри, это магазин, в котором можно купить все необходимое: продукты, посуду, канцелярские товары, белье и предметы личной гигиены.

Продавец пояснила, что у осужденных особенным спросом пользуются печенье и мороженое. Действительно, ларь для мороженого был почти пуст.

— Если осужденным надо что-то определенное из продуктов или предметов гигиены, я записываю и привожу. Алкоголь? Ну что вы, это исключено.

Вдоль дорожки к корпусам стоят хорошие капитальные теплицы. Юлия, сотрудник ГУФСИН, говорит, что особенно хороши местные помидоры. Если купить здесь рассаду, то можно быть уверенными в качестве. Видимо, сорт хороший или технология правильная.

С правой стороны — спортплощадка. Занимайся спортом сколько угодно. И вообще по территории учреждения осужденные могут перемещаться свободно.

Естественно, никаких лагерных бараков. Осужденные живут в полностью благоустроенных двухэтажных общежитиях. У каждого осужденного есть шкафчик для личных вещей. Кругом цветы. Большая спальня. Все необходимые бытовые условия, у многих таких условий не было на воле.

В женском блоке дневальная Ольга показала кухню, оборудованную двумя электрическими плитами, холодильником и микроволновой печью. В основном здесь пьют кофе-чай.

[attention type=green]

Есть комната для отдыха с телевизором, библиотечкой и швейной машинкой. Кстати, если у читателей имеются книги, которые давно прочитаны, и есть желание их подарить, то здесь, в Плишкино, им будут очень рады.

[/attention]

То же касается и DVD-дисков с фильмами.

Из спальни — вход в душевую. Все кабинки разделены.

У мужчин все точно так же. Когда мы зашли на их половину, они смотрели фильм «Белая гвардия». На столике в красном углу стояли иконы, много икон. Что же, видимо, у людей наступил момент полностью переосмыслить свой жизненный путь.

Столовая — как обычная гражданская, с довольно неплохим меню, всякими салатами и аппетитной выпечкой. На кухне работают также имеющие квалификацию или прошедшие обучение осужденные. Готовят отлично, во всяком случае булочки с творогом и карамелью буквально таяли во рту. Здесь же делают чебуреки, манты, пельмени и другую продукцию на продажу.

Валерий Михайлович говорит, что осужденным очень важно не замыкаться в своем кругу, для этого в колонии-поселении регулярно проводятся встречи с путешественниками, писателями, психологами. Имеется современный видеопроектор для показа фильмов и видеопрезентаций. Встреч с интересными людьми осужденные очень ждут, для них они — окно в большой мир.

Кстати, по итогам работы за 2016 год колония-поселение в Плишкино заняла первое место среди колоний-поселений Иркутской области, и в качестве поощрения те, кто добросовестно работал и хорошо вел себя, съездили на экскурсию в Листвянку. Валерий Михайлович показывает стенгазету с фотоотчетом об этой поездке.

— Представьте, многие из них прибыли из других регионов России, и у них было мало шансов увидеть Байкал. Конечно, они были очень рады, получили массу положительных впечатлений.

Вот так выглядит жизнь осужденных в колонии-поселении. Безусловно, здесь порядки намного мягче, чем на обычной зоне. Осужденные могут работать, носить гражданскую одежду, иметь при себе деньги и ценные вещи, встречаться с родственниками. То есть говорить о полной изоляции от общества невозможно.

Но, естественно, всем не угодишь: правозащитники, например, считают, что колонии-поселения — это пережиток советских времен. Но, с другой стороны, даже они признают, что это один из самых гуманных способов изоляции от общества.

[attention type=yellow]

цель наказания в том, чтобы человек, впервые или по неосторожности совершивший преступление, не втянулся в тюремщину, не перенял криминальный образ жизни. Поэтому осужденные, отбывающие наказание в Плишкино, в большинстве выглядят нормальными людьми, а не зеками.

[/attention]

И у многих хорошие шансы, выйдя на волю, жить нормальной законопослушной жизнью. А в нашей стране это особенно актуально, ведь, как говорят, от тюрьмы и от сумы… С каждым может это случиться.

История создания

Прообразом колоний-поселений стал переходный исправительно-трудовой дом. По Указу Президиума Верховного Совета РСФСР от 26 июня 1963 года были образованы исправительно-трудовые колонии-поселения. С 1997 года они носят название колонии-поселения.

Уголовно-исполнительный кодекс РФ 1997 года предусматривал колонии-поселения двух типов: для лиц, совершивших преступление по неосторожности и осужденных на срок не более 5 лет; для положительно характеризующихся заключенных, переведенных из колоний общего и строгого режима.

В колонию-поселение можно попасть за хулиганство, кражу, драку без особо тяжких последствий. Особенно много в таких колониях водителей-лихачей, из-за которых в дорожно-транспортных происшествиях пострадали люди. Всего в России в настоящее время насчитывается 160 колоний-поселений.

Фото СЕРГЕЯ ИГНАТЕНКО

Источник: http://baik-info.ru/ne-kurort-no-i-ne-zona

Как отбывают наказание бывшие сотрудники-правохранители – статьи

Бывшие сотрудники на колонии поселении.

Деление на режимы в так называемых «ментовских», или «красных», тюрьмах точно такое же, как и в обычных. В зависимости от тяжести совершённого преступления осужденные из числа ранее работавших в системе правосудия могут быть направлены в:

  • колонии общего режима для бывших сотрудников (3 на территории РФ);
  • колонии строгого режима для бывших сотрудников (11 на территории РФ);
  • колонии-поселения для бывших сотрудников (7 на территории РФ).

Отдельных исправительных учреждений для БС, получивших пожизненные сроки наказания, официально в России нет. Бывшие сотрудники правоохранительных органов направляются в общую тюрьму особого режима в Архангельской области.

В каких ещё случаях бс может попасть на общую зону

помимо совершения особо тяжкого преступления с осуждением на пожизненный срок, экс-сотрудник правоохранительных органов может оказаться в общем исправительном учреждении, если он был уволен «задним числом» и не подал ходатайство об отбывании срока на «спецзоне».

камеры для бывших сотрудников в сизо

Как и все остальные категории обвиняемых, до суда бывшие сотрудники правоохранительных органов содержатся в следственном изоляторе. Уже на этом этапе экс-блюстители закона отделяются от общего контингента.

Их помещают в специальные камеры для БС, без учёта тяжести совершённого преступления.

Так, сокамерниками в СИЗО могут оказаться ранее не судимые подозреваемые по экономическим статьям и подследственные убийцы-рецидивисты из числа бывших представителей правоохранительных органов.

Источник: https://fsin.ru/articles/kak-otbyvayut-nakazanie-byvshie-sotrudniki-pravokhraniteli

Что такое колония-поселение для осужденных?

Бывшие сотрудники на колонии поселении.

Колония-поселение: что это такое и как там живут – такой вопрос возникает у многих, кто сталкивается с подобным наказанием.

И, действительно, не всем и не всегда сразу понятно, чем отличается такой вариант наказания от прочих колоний и тюрем с разными формами содержания.

Что собой представляет колония-поселение?

Что такое колония-поселение для осужденных, хорошо расписано в российском законодательстве.

По определению это разновидность исправительных учреждений, в которых отбывают наказание те, кто осужден к лишению свободы за преступления, совершенные по неосторожности.

Кроме того, попасть в колонию-поселение могут и те, кто впервые совершил преступление, правда, только также, которые относятся к категории небольшой или средней тяжести.

В России такие колонии расположены преимущественно в северных и восточных регионах, где много лесов.

Первые тюрьмы такого плана появились в советской России в 1963 году. Тога они относились к категории исправительно-трудовых колоний-поселений.

В 2020 году, как и ранее, в таких исправительных учреждениях преимущественно находятся те, кто:

  • Совершили преступление по неосторожности и осуждены за это на срок не более 5 лет.
  • Положительно характеризуются во время заключения под стражу и переведены из колоний общего и строго режима.

Отбывание наказания в колонии-поселении назначается судом по совокупности тяжести наказания и улик. Многих волнует вопрос: каковы условия содержания в таких колониях.

Какие особенности есть

Чем отличается колония общего режима от колонии-поселения – вопрос, интересующих тех, кому грозит такое наказание. Как отмечают эксперты, по сути своей проживание в колонии-поселении – это и не наказание вовсе.

Такая форма исправительных работ больше напоминает вахту в какой-то лесистой местности или на предприятиях деревообрабатывающей промышленности.

Здесь отсутствует тотальный контроль со стороны руководства колонии, а также практически нет надзирателей.

По сути своей персонал тут нужен только для того, чтобы отслеживать, как заключенные стараются адаптироваться социально, могут вести жизнь без преступлений, не превышая рамок дозволенного и общепринятого.

В колонии нет серьезных ограждений, вследствие чего у арестантов нередко возникает желание самовольно покинуть свое исправительное учреждение.

Однако в связи с тем, что находятся такие колонии в лесах, где не ходит транзитный транспорт, а без еды и воды в которых жизни просто нет, поиски беглецов обычно быстро заканчиваются успехом.

Условия отбывания наказания здесь

В колонии-поселении действуют следующие условия:

  • За арестантами не наблюдают надзиратели: все заключенные могут беспрепятственно передвигаться по территории учреждения. Также им бывает разрешено посещать соседние населенные пункты, если таковые имеются и если есть на то договоренность между колонией и поселком.
  • Нет ограничений на получение посылок: правда, есть исключение – нельзя проносить на территорию колонии посылки, в которых могут содержаться предметы, провоцирующие асоциальный образ жизни.
  • Форма одежда – гражданская: поэтому на вопрос: что взять с собой в колонию-поселению, ответ прост: привычный стиль. Считается, что таким образом те, кто отбывают наказание, не выделяются на фоне других, что помогает им проще адаптироваться.
  • Колонии делятся на гендерные: мужские, женские, детские.
  • Администрация может в любой момент провести обыск: при обнаружении предметов, которые относятся к категории запрещенных к нарушителю будут применены санкции, вплоть до перевода в исправительную колонию.
  • Вне зависимости от материального положения осужденного он обязательно должен трудиться – именно труд должен выработать полезные привычки. Вся работа ведется в соответствии с трудовым законодательством.
  • В свободное от работы время осужденные могут осваивать новые профессии – для этого на территории колонии есть образовательные учреждения.

В колонии-поселении можно даже проживать с семьей. Это возможно, если человек зарекомендовал себя положительно. Тогда он может жить с семьей в арендованной помещении.

В такой ситуации ему придется не реже, чем 4 раза в месяц ходить в колонию и отмечаться.

Отдельно стоит рассмотреть вопрос: можно ли пользоваться мобильным телефоном, имеет вполне просто ответ. Несмотря на такую свободу, использовать средства связи заключенным нельзя.

Какие границы у колонии-поселения

Колония-поселение должна быть оформлена по определенным правилам.

Так, если она стоит в пределах населенного пункта, то ее территория будет огорожена, появится контрольно-пропускной пункт.

При этом проходить через него свободно могут только представители администрации и сами поселенцы.

Границы зависят от расположения исправительного учреждения – ориентиром служит радиус в 5 км от центра колонии.

Что должно быть в колонии

Если рассматривать внутреннее обустройство колонии-поселения, то в ее пределах должно быть все необходимо для полноценной жизни арестантов.

На территории присутствуют:

  • Амбулатория и стационар.
  • Столовая.
  • Магазин.
  • Баня.
  • Школа.
  • Библиотека.
  • Актовый зал.
  • Кинозал.

Отдельно предусмотрены условия для приема гостей – тех, кто приедет к осужденному на свидание.

Дежурная смена администрации выполняет определенные контролирующие функции:

  • Выясняет наличие всех осужденных в пределах колонии в промежуток времени между отбоем и подъемом.
  • Осуществляет проверку поведения их в быту и на работе.
  • Контролирует личные взаимоотношения.
  • Пресекают попытки доставить на территорию исправительного учреждения запрещенных предметов, которые прописаны в уставе исправительного учреждения.
  • Обеспечивают психологическую стабильность.

Обязанности и ограничения осужденных

Естественно, что при столь мягком наказании все осужденные имеют определенные обязанности, а также могут быть ограничены в правах.

В числе обязанностей называют:

  • Запрос разрешения на выход за пределы исправительного учреждения.
  • Обязанность работать – можно найти себе работу самостоятельно, все свои жизненные потребности заключенные обеспечивают сами.
  • Необходимость сдать по прибытии все свои документы руководству колонии: всем выдается справка, которая заменяет на время отбывания наказания паспорт и прочие документы, ее используют и при трудоустройстве, а также для получения почтовых отправлений и даже для заключения брака.

Есть и ряд действий, которые выполнять арестантам нельзя. Так, к их числу относят:

  • Выход за пределы колонии без разрешения со стороны руководства колонии.
  • Запрет на пронос алкоголя и наркотиков на территорию.
  • Запрет на пронос и хранение оружия любого вида.
  • Нельзя заключенным приобретать свои транспортные средства.
  • Нельзя покупать медицинские препараты самостоятельно без врачебного рецепта.

Сколько длится карантин

Что такое карантин в колонии-поселения – этот вопрос задается теми, кто собирается на переезд нередко. Карантин в исправительных учреждениях регулируется частью 2 статьи 79 УК.

Осужденные, прибывшие к месту отбытия наказания, проводят в карантине до 15 суток. В этот период они пребывают в обычных условиях отбывания наказания.

Источник: http://ugolovnyi-expert.com/koloniya-poselenie-chto-eto-i-kak-tam-zhivut/

Все о ваших правах
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: